Образец Речи На Прениях Адвлоката Ответчика

Прения сторон в суде и защитительная речь адвоката

Прения сторон по арбитражным и гражданским делам отличаются от прений по уголовным делам:
в арбитражном и гражданском процессах адвокат оперирует логически выстроенной системой доказательств, а эмоционально-психологическая сторона речи имеет значение в уголовном суде.
Защитительная речь адвоката в уголовном деле напрямую зависит от позиции подзащитного.

Прения в суде — это подведение итогов работы каждой из сторон дела, обобщение результатов в виде завершающей речи (выступления). Учитывая выкладки психологов, данный этап судебного разбирательства важен для закрепления «правильного» впечатления на суд. Судебная стадия прений сторон окончательно формирует внутреннее убеждение судьи, помогает суду глубже разобраться во всех обстоятельствах дела и принять правильное решение.

Образец выступления в прениях по гражданскому делу о взыскании долга по договору займа

В судебном заседании были допрошены свидетели со стороны истца, подтверждающие факт передачи В… ……. . части денежных средств в счёт уплаты задолженности. Однако факт передачи денежных средств от ответчиков истцу, кроме как показаниями свидетелей, более не подтверждается. Кроме того, изначально в исковом заявлении никакой информации о промежуточных платежах со стороны ответчиков указано не было, а конкретизировано, что ответчики сумму займа не возвратили.

Так, в последующем при подаче со стороны ответчиков заявления о применении исковой давности к исковым требованиям, появилась информация об имевшем место – промежуточных платежах. Считаем, данную информацию не логичной и не последовательной, то есть попыткой ввести суд в заблуждение. Полагаю, данное обстоятельство заслуживает внимания.

Решение 5 гарнизонного военного суда от 24.03.2014 г. об отказе в удовлетворении исковых требований старшего лейтенанта в/ч пп 04436 Т.А.С. к бывшей супруге Т.К.В. об изменении места жительства несовершеннолетнего ребенка и передаче его (ребенка) личных документов считаю законным и обоснованным…

Истец К. является собственником нежилого помещения – бывшей квартиры (ныне офис) № ХХ, расположенного по адресу: 344016, гор. Ростов-на-Дону, ул. Таганрогская, д. ХХ, кадастровый (или условный номер): ХХ (ксерокопия свидетельства о государственной регистрации права собственности имеется в распоряжении…

Не случайно, что Верховным Судом РФ в этом году внесен проект федерального закона «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации», которым предусматривается в суде апелляционной инстанции исключить исследование доказательств, содержащихся в материалах уголовного дела, и проведение по его результатам прений сторон. Статьей 293 УПК РФ право на последнее слово предоставлено только подсудимому.

Когда создавались апелляционные суды взамен кассационных, практикующие адвокаты особенным оптимизмом не пылали, понимая, что происходит лишь тривиальная смена названия. В диалектике формы и содержания мы получили как раз тот случай, когда форма на содержание никак не влияет, поскольку само содержание как совокупность сущностных признаков остается стабильным и меняться упорно не желает.

Помимо этого, на каких доказательствах основывать выводы органы следствия о вступлении в сговор Ч. с остальными подсудимыми также становится непонятным. Необходимо было прежде всего тогда указать в какую минуту, с кем конкретно, Ч. вступил в сговор, на какие действия он согласился при вступлении в сговор. В материалах дела таких доказательств обнаружено не было. Предполагая возможную версию гособвинения о том, что Ч. не мог не знать куда заходит и зачем, следует сразу же заявить, что она не выдерживает никакой критики, не поддается логическому юридическому обоснованию.

Таковы показания и действительное описание действий Ч. до попадания в квартиру. При этом все показания Ч. в этой части подтверждаются, всеми без исключения свидетелями. Свидетель Ч. подтвердила все вышеописанное, подсудимый М. сообщил суду, что действительно звонил Ч., действительно никаких подробностей не сообщал, под мероприятием подразумевается любое оперативное мероприятие, связанное с работой, подтвердил, что численность отдела невелика, поэтому всегда требуется помощь в тех или иных действиях, поэтому и позвонил Ч. Свидетель Щ. показала, что общалась на улице с Ч., ребята (оперативные работники) уже отсутствовали, отдел был закрыт. Свидетель Б., также подтвердил разговор с Ч., показал, что подразумевал, что по адресу выехал весь отдел, ему требовалось уточнить результат, поэтому и позвонил Ч., чтобы тот позже доложил. Подтвердил, как и свидетель Д., что Ч. отпрашивался на весь день. Подсудимый А. также подтвердил показания Ч., показал, что так как он слышал о нахождении закладки с наркотическим средством на лестнице, он сообщил об этом оперативному работнику Ч. Свидетель Д. также показал, что в пути следования Ч. к адресу, именно он указывал дорогу по телефону, т. к. Ч. не знал, куда ехать, у подъезда дома они не общались, лишь увидели друг друга визуально.

Образец защитительной речи адвоката по ст

— По мнению защиты, предварительное расследование по настоящему уголовному делу проведено формально, необъективно, более того, предвзято по отношению к моему подзащитному, а в его ходе были допущены грубые нарушения уголовно-процессуального законодательства, которые повлияли на полноту, всесторонность, объективность расследования по делу и тем самым привели к нарушению права на защиту и к лишению, стеснению иных гарантированных законом прав моего подзащитного. Не подлежит сомнению, что органы предварительного следствия, исследуя обстоятельства, подлежащие доказыванию, анализируя их и принимая решение о привлечении моего подзащитного к уголовной ответственности, изначально, не допуская и мысли о невиновности моего подзащитного, объективности его версии об отсутствии умысла на незаконное проникновение в жилище, но apriori приняли за истину показания потерпевших. Естественно, что и все предварительное расследование настоящего уголовного дела заключалось не в установлении действительно истины по делу, но свелось к попыткам изыскать доказательства вины моего подзащитного в совершении инкриминируемого ему преступления, т.е. велось односторонне, необъективно, формально и не в полном объеме.

Данные обстоятельства подтверждаются выводами судебно-медицинской экспертизы №16-М от …, у Ф.. имеются кровоподтеки на лице, шее, правом плече, правом локтевом сус-таве, боковой поверхности грудной клетки слева, левом коленном суставе, не повлекшие вреда здоровью, показаниями свидетелей С.А. Б.

Говори кратко, уходи быстро, или Блог о том, как выступать в суде (часть первая)

После блога о том, как писать блоги, читатели предложили мне написать о том, как выступать в суде. Правда, сама я пробовала выступать в суде лишь в студенческие годы, а выбор судебной журналистики объясняла просто: «Надоело позориться самой, решила посмотреть, как это делают другие». И действительно, наблюдать адвокатский позор приходилось намного чаще, чем адвокатский успех. Однажды на семинаре в Российской школе частного права профессор Александр Комаров, возглавлявший МКАС при ТПП РФ, высказал мнение, что российские юристы не глупее и часто даже образованнее иностранных, но проигрывают им из-за скованности, неумения выступить и себя подать. Но, как выяснилось, иностранные адвокаты тоже блещут красноречием далеко не всегда.

Похожая ситуация возникла однажды и на заседании президиума ВАС. Дело было передано в президиум из-за процессуальных нарушений, но в ходе слушания заместитель председателя ВАС Василий Витрянский задал представителю заявителя вопрос по существу спора. «А почему Вы такие вопросы задаете?, — искренне возмутился юрист. – В определении этого нет, я не готовился!». Уже в коридоре я спросила этого молодого человека, какой вуз он оканчивал. «Адыгейский государственный университет! Вас что-то в моем образовании не устраивает?»,- прозвучал ответ.

Защитительная речь адвоката по уголовному делу

Допрошенная в качестве свидетеля в суде Г. пояснила, что следователь еще до ее допроса в рамках расследования по делу сказал, что: «У. в любом случае будет сидеть, что говорит о предвзятости, я знаю У. более 8 лет, он работал постоянно, он все эти годы работал, я его постоянно встречала».

Обвиняемый имеет стойкие социальные связи – проживал до задержания с семьей (у моего доверителя четыре несовершеннолетних малолетних ребенка), его работа и общественная жизнь говорит о социальной ориентированности моего подзащитного. Он поддерживает отношения и связи со своей матерью, которая поддерживает его и в настоящее время. И я считаю нельзя рушить семейные ценности, необходимо дать еще один шанс моему доверителю, право реабилитироваться, доказать обществу о своем намерении впредь быть приверженцем моральных и нравственных устоев, человеческих ценностей и законов.

Прения сторон в суде и защитительная речь адвоката

Прения в суде — это подведение итогов работы каждой из сторон дела, обобщение результатов в виде завершающей речи (выступления). Учитывая выкладки психологов, данный этап судебного разбирательства важен для закрепления «правильного» впечатления на суд. Судебная стадия прений сторон окончательно формирует внутреннее убеждение судьи, помогает суду глубже разобраться во всех обстоятельствах дела и принять правильное решение.

О том, как адвокат должен строить в прениях свою защитительную речь по содержанию, по жестикуляции, ораторским приемам и прочим манипуляциям современных технологий убеждения, — много рассказано на различных правовых порталах, а также в юридической литературе. Поскольку данный аспект находится в сфере профессионального юридического интереса, он не особо интересен доверителю либо подзащитному.
Однако, как отличить качественную защитительную речь адвоката от непроработанного непрофессионального выступления в суде?
Ответ на данный вопрос должен интересовать всех, кто доверил свою защиту адвокату в гражданском, арбитражном либо уголовном деле. Зачастую мнение об адвокате, его профессионализме складывается именно по его выступлению на судебной стадии прений сторон. Что необходимо знать доверителю, чьи интересы представляет адвокат, или подзащитному, которому также представляется последнее слово на стадии прений в суде?

Реплика является возможностью подвести итог всему сказанному в судебном заседании и обратить внимание судьи на те обстоятельства и доказательства, которые подтверждают обоснованность предъявленных требований или возражений. Реплика не должна быть простым повторением основного выступления в прениях, но должна учитывать высказанные в прениях доводы других лиц, участвующих в деле. Не рекомендуется использовать реплику для повторного произнесения речи, уже произнесенной в прениях.

Третьему лицу с самостоятельными требованиями на предмет спора предоставляется слово в объяснениях после выступлений всех остальных лиц, участвующих в деле. Такое выступление адвоката-представителя третьего лица с самостоятельными требованиями строится так же, как и выступление истца, так как им обосновывается самостоятельное требование доверителя на предмет спора.

Товарищ адвокат, мы это уже читали

После таких выпадов неконфликтные адвокаты прерывают свое выступление и начинают на ходу перестраивать свою речь, пытаясь за пару секунд определить, какие аргументы убрать, а какие оставить, чтобы умиротворить скорого председательствующего. Это бывает очень сложно сделать, когда все доводы представляются важными. В результате эффективность речи в прениях резко падает.

Действительно, прения сторон – это одна из важных частей судебного разбирательства. Ограничение права на судебные прения есть нарушение права на защиту, что неоднократно признавалось Верховным Судом РФ существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Речь защитника; составная часть судебных прений

3.2. Основы профессиональной этики и культуры защитительной речи
Обязательным условием эффективности защитительной речи наряду с содержанием и композицией является её культура, которая представляет собой правильное, в соответствии с нормами, использование языкового материала, обеспечивающее наилучшее воздействие на судебную аудиторию в конкретной обстановке и в соответствии с целями судебной речи. К речевой культуре судебных прений предъявляются высокие требования. Вместе с тем не следует забывать, что сама по себе культура речи не обеспечивает её выразительность, под которой подразумевается «смысловая ёмкость и способность заинтересовать, увлечь слушателей, вызвать у них определённую реакцию» [6, с.23 5]. Выразительность достигается использованием в соответствии с нормами тех фонетических, грамматических и лексических средств языка, которые наиболее соответствовали бы содержанию, цели и ситуации высказывания.
Человек, выступающий публично, должен говорить грамотно и культурно. Эта истина приобретает особое значение для судебного оратора, и, конечно, для адвоката [8, с. 19 — 20]. От уровня культуры защитительной речи в значительной степени зависит её действительность, убедительность для суда и присутствующих в судебном зале. От культуры речи, таким образом, может зависеть и выполнение адвокатом общественно-политических и процессуальных задач, поставленных перед адвокатурой. Не случайно вопрос о культуре речи защитника очень часто поднимается в литературе. Основная цель статей — привлечение внимания молодых адвокатов к значению культуры судебных речей.
В языке речи нужно по возможности избегать иностранных, не всем понятных слов, а необходимые правовые термины должны кратко объясняться: защитника слушают не только юристы. Нужно добиваться также и предельной точности словоупотребления. Что касается цитат, то, приводя их, защитник как бы опирается на авторитет известного автора в подтверждение своей мысли.
В понятие культура речи входит и культура её произнесения. Речь должна быть грамматически правильной, избавленной от ошибочных падежных окончаний и неверных ударений [7, с. 20]. Не следует защитнику стесняться после прений выяснять у коллег замеченные ими в речи лексические и грамматические ошибки. Дикция защитника, умение говорить внятным, насыщенным оттенками голосом, слышимом и в большом зале, чёткое произнесение слов без «проглатывания» отдельных слогов и букв облегчает восприятие его речи. Хорошая дикция — не обязательно врождённое свойство. Она может быть выработана без особого труда в результате публичных выступлений и домашнего чтения вслух.
Манера произнесения защитительной речи играет очень важную роль. Она зависит в значительной степени от субъективных свойств защитника, от его темперамента, чувства такта. Однако независимо от личного характера всякий человек может и должен контролировать тон своей речи. Необходимо отметить, что не следует произносить защитительную речь поучающим тоном. Не годится для речи и робкий, приниженный тон: он создаёт у слушателей впечатление неуверенности и беспомощности адвоката. Опыт наиболее квалифицированных защитников показывает такую манеру произнесения речи, при которой адвокат обращается к суду как уважительный и спокойный собеседник: он не произносит речь, а разговаривает с судом. Эта манера судебной речи сама по себе избавит защитника от ещё одного часто встречающегося недостатка — от речевых эмоций.
Необходимость повышения общего культурного уровня судопроизводства предъявляет строгие этические требования к участникам судебного процесса, в частности судебных прений. Так, основные этические требования, предъявляемые к защитнику в Республике Беларусь, закреплены в Правилах профессиональной этики адвоката. В соответствии с данными Правилами адвокату необходимо быть вежливым, тактичным, предупредительным, честным, добросовестным, принципиальным и независимым; действовать квалифицированно, использовать все законные средства, способы и методы оказания юридической помощи. Из этого можно сделать вывод, что профессия адвоката предполагает соблюдение определённых этических требований. Этические требования к судебному оратору и, конечно, к судебной речи связаны с проявлением уважения к суду, процессуальному противнику, потерпевшему, свидетелям, обвиняемому [19, с.49-51].
Защитник в своей речи противостоит стороне обвинения. В отличие от прокурора позиция защитника не может быть односторонней. Его участие подчинено определённым нравственным началам. Главное в нравственно оправданном ведении защиты в целом и в содержании защитительной речи -умение верно определить свою позицию, опираясь на правовые и нравственные ориентиры. Защитник может применять только законные средства и способы защиты. Выступая на стороне человека, обвиняемого в нарушении закона, он сам должен неукоснительно соблюдать законы, пользоваться только легальными средствами.
Особое значение среди этических начал уголовного судопроизводства приобретает нравственная сторона взаимоотношений участников судебных прений. Не нужно забывать, что при любых обстоятельствах они должны проходить корректно, по-деловому, в обстановке взаимного уважения. Недопустимо использовать судебные прения для придирок, препирательства, взаимных упрёков. Судебный поединок требует выдержки, спокойствия и честности.
Этичность речи защитника должна выражаться не только в вежливой форме и отсутствии личных выпадов против участников процесса. Защитник не вправе забывать о гуманной направленности своей профессии, и поэтому даже при острых противоречиях в позиции своего подзащитного и других обвиняемых должен придерживаться рамок спокойного делового спора с ними, стараться избегать защиты за счёт очернения личности других обвиняемых и не отягчать без крайней необходимости их положение в деле [8, с.20]. С особым, подчёркнутым уважением должен относиться адвокат к суду. Достоинство и компетенция суда ни в какой степени не могут быть затронуты в речи сомнением. Так, например, защищая лицо, обвинявшееся в обмане покупателей, адвокат М. позволил себе ради красного словца закончить речь следующим призывом: «Так не обвесьте же его на весах правосудия, граждане судьи!». Президиум Московской городской коллегии оценил эту «находку» адвоката как недопустимую бестактность и наказал его [27, с. 156].
Защитник вправе применять лишь нравственно допустимые приёмы защиты. В частности, он не вправе лгать суду, склонять суд к неправде, хотя бы это было выгодно его подзащитному. «У адвоката не только нет права на ложь, не только нет права на использование искусственных, надуманных, фальсифицированных доказательств — у него нет права и на неискренность, нет права не лицедейство» [21, с. 240]. Защищая конкретного человека от обвинения в преступлении, защитник не может оправдывать само преступление. Защита должна осуществляться на основе согласованности позиции защитника и обвиняемого по принципиальным вопросам, и, прежде всего, по вопросу признания или отрицания вины.
В своей речи защитник стремиться помочь человеку, который, пусть по своей вине, попал в беду, или же тому, кто вовсе невиновен, но может оказаться осуждённым по ошибке в результате некритического отношения к необоснованному обвинению. Обвиняемый, представший перед судом, ещё не осуждён. Защитник, более чем другие участники процесса, обязан уважать достоинство обвиняемого, щадить его самолюбие и выступать в их защиту, в том числе и при произнесении речи. Защитник, по выражению А.Ф. Кони, -«друг, советник» обвиняемого [25, с.63-64].
Ю.И.Стецовский пишет, что адвокату очень важно стремиться ограничить защиту тем минимумом, который действительно необходим для опровержения обвинения или смягчения ответственности подзащитного. Всякие заявления защитника против других лиц можно считать оправданными, если без этого нельзя осуществить защиту обвиняемого, доверившего защитнику свою судьбу. Защитник должен быть предельно тактичным и сдержанным в отношении тех обвиняемых, против которых направлена его аргументация [46, с. 97].
Недопустимо строить защиту на подчёркивании негативных сторон личности потерпевшего, его отрицательных нравственных качеств. Тем более нельзя унижать достоинство потерпевшего. Если его действия на самом деле способствовали совершению преступления, спровоцировали его, и это имеет юридическое значение, то это обстоятельство может и должно быть освещено в речи защитника. Но всегда следует помнить, что потерпевший — жертва преступления, а судят того, кто обвиняется в причинении ему ущерба, горя, нравственных страданий.
В речи защитника нельзя использовать доводы, несостоятельность которых очевидна. Обман, ложь, сознательное искажение фактов глубоко безнравственны. Они не совместимы с престижем адвоката как человека и юриста, выполняющего гуманные функции [21, с. 97]. Обнаруженный обман даже в «мелочах» подрывает доверие ко всему, что говорил защитник, так как честность градаций не имеет. В тоже время адвокат в своей речи не обязан упоминать обстоятельства, могущие повредить защите, если о них не говорил обвинитель. Судебная речь защитника будет тогда достигать своей цели, когда защитник владеет искусством доказывать, убеждать, спорить и приёмами судебного красноречия [20, с. 114].
В своей речи защитник прямо ведёт полемику, спор с обвинением. И сама манера, форма этого спора должна отвечать нравственным установлениям. Так, ещё в 1911 году Л.Е. Владимиров рекомендовал адвокатам: «. будьте постоянно и неуклонно несправедливы к обвинителю. Рвите речь противника в клочки и клочки эти с хохотом бросайте на ветер. Противник должен быть уничтожен весь, без остатка. Будьте беспощадны, придирайтесь к слову, описке» [12, с.144-145]. Таким образом, автор советует адвокатам, чтобы они были не слишком щепетильны, не стеснялись в выборе приёмов и средств процессуальной борьбы; судоговорение — это не теоретический диспут, а грубая схватка противоборствующих сторон, во время которой излишни разборчивость и моральная чистоплотность [32, с.20 — 21]. Из вышеприведённого можно сделать вывод, что рекомендации Л.Е. Владимирова являются морально неприемлемыми.
Проведение в судебную жизнь этических начал тесно связано с разработкой того, что нравственно дозволительно или недозволительно в судебных прениях. Начинающему защитнику можно предложить некоторые советы по нравственному ведению полемики в суде:
 соглашаться с обобщёнными выводами процессуального оппонента, так как это будет способствовать установлению контакта и объективности;
 не спорить против несомненных доказательств;
 не доказывать, когда можно отрицать;
 на словесные утверждения отвечать фактами;
 следить за тональностью речи;
 судебные прения есть сотрудничество, а не конфликт и поэтому профессиональный спор нужно вести не ради победы, а ради истины [23, с. 248-254].
Этические требования к защитнику в судебных прениях выражаются в добросовестном и ответственном отношении к выполнению своих обязанностей по подготовке и произнесению речи, в корректности поведения и взаимоотношений с другими участниками уголовного процесса, в недопустимости действий и высказываний, унижающих честь и достоинство участвующих в рассмотрении дела лиц. Этические основы судебных прений предполагают объективность, принципиальность, строгость к самому себе и другим участникам процесса, нетерпимое отношение к любым нарушениям закона, а также отсутствие какой-либо предвзятости, подозрительности.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Судебные прения — представляют собой часть судебного разбирательства, в которой выступают с речами государственный и частный обвинитель, потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик или их представители, защитник, обвиняемый, самостоятельно осуществляющий свою защиту, или его законный представитель. В своих выступлениях они анализируют и оценивают исследованные в суде доказательства, подвергают глубокому и всестороннему анализу характер преступления, способ, мотивы и цели его совершения, показывают причины и последствия преступных действий, представляют на рассмотрение суда соображения о доказанности или недоказанности обвинения, квалификации преступления, мере наказания обвиняемому и вносят предложения по всем вопросам, решаемым судом при постановлении приговора.
Немаловажной частью судебных прений является выступление защитника с защитительной речью, которая является важным средством осуществления защитником своих функций, кульминационным моментом его участия в судебном разбирательстве. В своей речи защитник подводит итог судебного следствия, анализирует все собранные по делу материалы, высказывает свои соображения относительно наказания. Защитительная речь подводит итог большой работы защитника, которая направлена на охрану прав и законных интересов обвиняемого, на обеспечение правильного применения закона, а вместе с тем, речь помогает суду правильно оценить обстоятельства дела и, соответственно, вынести законный и обоснованный приговор.
Требования, предъявляемые к защитительной речи, достаточно многообразны. Вытекая из характера судебной речи как публичного выступления, как разновидности ораторского искусства, они вместе с тем отражают её особенности и специфику. К числу таких требований относятся: грамотность, ясность и точность речи, полнота и лаконичность, эмоциональность и индивидуальность, простота и выразительность. Немаловажным качеством защитительной речи является и её культура, представляющая собой динамический процесс совершенствования ораторского мастерства, обогащение его содержания и формы; использование языкового материала, которое обеспечивает наилучшее воздействие на слушателей в судебной обстановке и в соответствии с поставленной задачей.
Построение защитительной речи с учётом всех требований, предъявляемых к ней, является обязательным, поскольку в противном случае речь не принесёт желаемых результатов и, возможно, доверие к защитнику будет утрачено.
Выступая с защитительной речью в суде, адвокат обязан пользоваться лишь нравственно допустимыми приёмами, обязан соблюдать собственное достоинство, уважать честь и достоинство своих противников и других участвующих в деле лиц, помнить, что он обращается к суду, уважение к которому проявляется в соблюдении нравственных норм.
Качество защитительной речи, её обоснованность и убедительность находятся в прямой зависимости от степени подготовленности защитника к участию в судебном процессе, от знания им рассматриваемого дела, от продуманности тех доводов, суждений и предложений, которыми он оперирует. Только тот, кто хорошо подготовлен к выступлению, кто находится во всеоружии фактов, в состоянии произнести глубокую по содержанию и безупречную по форме речь. Никакие надежды на опыт, находчивость, полемические способности не помогут, если защитник отнесётся к подготовке беззаботно, спустя рукава. Чем лучше защитник подготовлен к выступлению, чем больше труда он вложил в предварительную работу, тем свободней и уверенней он будет чувствовать себя в суде, тем содержательней и выразительней будет его речь.
Подводя итог, можно сказать, что, не смотря на большое значение защитительной речи, в настоящее время ей уделяется недостаточно внимания. Для устранения этого досадного упущения представляется необходимым:
1. Закрепление основных положений о структуре и содержании судебной речи в Уголовно — процессуальном кодексе Республики Беларусь;
2. Введение специального курса «Судебная речь» в юридических вузах;
3. Проведение обучающих семинаров для молодых специалистов в коллегиях адвокатов;
4. Издание учебно-методической литературы и сборников речей адвокатов — защитников по уголовным делам.

Вас может заинтересовать ::  Компинсация Соцпакет 2021

2.3. Содержание защитительной речи
Несомненно, что главным достоинством защитительной речи является её глубокое содержание. Выступая в судебных прениях, осуществляя свои процессуальные функции, адвокат и другие участники процесса должны прежде всего заботиться о содержании речи, о том, чтобы она была обстоятельной, целеустремлённой, отличалась богатством мысли, тщательным и всесторонним разбором доказательств, умелым правовым анализом. Как известно, мысль и содержание передаются в определённой форме. Между ними существует тесная связь и зависимость. Нельзя любую мысль изложить в любой форме. Каждому конкретному содержанию соответствует и наиболее характерная, присущая этому содержанию форма выражения.
Форма защитительной речи является способом выражения её содержания. Поэтому она должна быть неразрывно связана с содержанием, вытекать из него, быть им обусловлена. Речь — это способ материализации мысли, средство самовыражения [17, с. 21]. Участники судебных прений не имеют другого способа передачи своих мыслей, доводов и соображений, кроме как посредством речи. Отсюда — необходимость заботы о содержании и форме речи, об овладении её техникой. Каждый, кто выступает в суде, должен знать наиболее совершенные приёмы построения речи, стремиться говорить ярко, доходчиво и убедительно. Для судебной речи вовсе не безразлично, в какую форму облечены мысли выступающего, какие выражения им будут употреблены. Искусство судебной речи в том и состоит, чтобы судебный оратор в каждом конкретном случае умел находить для передачи своих мыслей и суждений самые нужные, самые точные и самые выразительные слова. В этом заключается суть судебного красноречия, предполагающего единство содержания и формы, мысли и слова [18, с. 96-98].
Разумеется, между содержанием речи и её формой нет однозначной зависимости. Форма, как и содержание, определяется прежде всего предметом речи, её темой, а также тем фактическим материалом, который лежит в её основе. Представляя собой способ осуществления процессуальных функций, отражая определённые стороны реальной действительности, защитительная речь выступает как инструмент познания, как способ воздействия на суд и судебную аудиторию. И чем совершеннее форма речи, чем полнее и точнее она выражает её суть, тем значимей сама речь, тем больше её отдача. Вот почему нельзя пренебрегать формой речи, относиться к ней беззаботно, недооценивать её. Единство формы и содержания, взаимосвязь и взаимоподчинённость всех элементов речи -необходимое условие её целостности, гармоничности и глубины.
Итак, что касается построения защитительной речи, то в литературе существует мнение, что общепринятых правил построения не существует. Попытки дать какую-то единую схему заранее обречены на неудачу. Выступление с защитительной речью — дело живое и творческое. Для защитительной речи противопоказан шаблон, однообразие и заранее установленный трафарет. Содержание и структура речи строго индивидуальны и зависят от результатов судебного следствия, избранной защитой позиции, характера предъявленного обвинения, особенностей доказательственного материала.
Однако то положение, что в построении защитительной речи недопустим какой — либо стандарт, вовсе не означает, что не существует общих требований, которым должна отвечать защитительная речь. Её содержание и структура не могут быть произвольными. Они находятся в зависимости от тех задач, которые возложены на защитника в процессе, и тех конкретных особенностей дела, по которому он выступает. В основе построения защитительной речи всегда должна лежать главная идея, главный тезис защиты, от которых зависит содержание и структура речи, соотношение её частей. Весь остальной материал группируется вокруг этой идеи, которая должна быть выражена предельно чётко, полно и определённо. Определив исходную позицию по рассматриваемому делу, защитник должен наметить круг вопросов, которые он намерен осветить в своей речи, определить их соотношение и удельный вес, поставить их в определённой логической последовательности. Отсутствие логической стройности в изложении материала, бессистемность его частей неизбежно затрудняют восприятие речи, уменьшают её убедительность и доказательность. Построение речи и её оформление в первую очередь зависят от содержания выступления. Прежде чем составить план речи, следует ответить себе на вопросы: что говорить? как говорить? Говорит адвокат о том, что составляет предмет защитительной речи. При ответе на вопрос «как говорить», первое, что нужно сделать, — это определить композицию речи. Правильная композиция речи позволяет изложить её содержание логично, ясно и убедительно. Композиция защитительной речи — это организация содержания позиции защитника с учётом особенностей судебной аудитории и обстановки, а также с целью убедить судей в правильности своих выводов [31, с. 44].
Так, ещё античные ораторы делили речь на вступление, срединную, или главную часть и заключение, составляющие триединство [52, с. 128]. Е.А. Матвиенко выделяет следующие элементы защитительной речи: вступительную часть, анализ фактических обстоятельств дела, анализ юридической стороны предъявленного обвинения, характеристику личности обвиняемого и заключительную часть. Тем не менее, содержание речи, соотношение её частей, последовательность изложения материала должны быть строго индивидуальными [32, с. 163]. Однако большинство авторов придерживаются традиционного мнения, что любая судебная речь, будь то обвинительная или защитительная, должна состоять из трёх частей (вступления, основной части и заключения), а уже по усмотрению оратора, любая из данных частей может дополняться или сокращаться [31, с. 118; 44, с. 215-226]. К сожалению, в настоящее время многие защитительные речи строятся не по принципу триединства частей. Не уделяется должного внимания к вступлению, основной и заключительной частям.
Вступительная часть защитительной речи. Вступление в любом устном сообщении является «зачином», введением в обсуждаемую тему. Особенно в защитительной речи очень важно найти правильное начало, которое во многом влияет на её дальнейший ход. Удачное начало речи заинтересовывает слушателей, создаёт атмосферу непринуждённости, способствует лучшему пониманию сказанного. Можно смело сказать, что значительная доля успеха адвоката определяется удачным вступлением. «Предисловие есть начало речи, то же, что в поэтическом произведении есть пролог, в игре на флейте — прелюдия. они как бы прокладывают путь для последующего», — писал Аристотель [7, с. 186]. Задача вступительной части речи состоит в том, чтобы пробудить интерес к своей речи со стороны суда и присутствующих в зале судебного заседания. Это в дальнейшем позволит защитнику освободиться от неизбежной в таких случаях скованности, его речь будет более свободной, полной, приобретёт необходимую чёткость и стройность. Можно привести такой пример вступления: «Накануне прекрасного весеннего праздника 1 Мая на улице деревни Князиковцы колхоза М. на виду у многих граждан произошёл трагический случай: тракторист совершил наезд на председателя колхоза. Травмы были несовместимы с жизнью. Оборвалась жизнь молодого, сильного и энергичного человека. Оборвалась по чужой вине. Вот уже пятый день мы скрупулёзно исследуем обстоятельства преступления» [51, с. 4]. Если же начало речи неудачное, неверно избран тон и темп, то это, естественно, ослабит интерес к ней, вызовет чувство отчуждённости, что в конечном итоге отрицательно скажется на всей речи. Разумеется, не следует и сильно преувеличивать значение вступительной части защитительной речи, но нельзя и сводить её к словесному орнаменту, игнорируя смысловое содержание, смысловую нагрузку, которую несёт эта часть речи.
Вступление в защитительной речи каждый раз должно быть новым, оригинальным и неожиданным. Такое начало не только привлекает слушателей к речи, но и даёт интеллектуальный и эмоциональный ключ к пониманию всего последующего её содержания. Древние ораторы различали три вида вступления: искусственное, естественное и внезапное. При искусственном вступлении защитник постепенно готовит судебную аудиторию к изложению главной темы речи. Естественное вступление сразу же, без предварительной подготовки вводит в суть дела. И, наконец, при внезапном вступлении адвокат, взволнованный каким — либо событием, начинает речь внезапно, неожиданно [52, с.239].
Важным средством привлечения внимания является обращение. Форма обращения зависит от обстановки, состава аудитории и цели речи. Как же следует построить вступление, чтобы привлечь внимание судебной аудитории? Из всех возможных рекомендаций можно начать с наиболее общей: не начинать речь с трафаретных выражений и фраз, стремиться к максимальной новизне, неожиданности.
Продолжительность вступительной части защитительной речи должна исходить из объёма всей речи, при этом следует стремиться к максимальной лаконичности вступления.
Способы и приёмы построения вступительной части защитительной речи различны. Защитительная речь может быть начата с оценки общественно -политического значения рассматриваемого дела, указания на его специфические особенности, изложения программы речи, приведения общих предпосылок для обоснования позиции, избранной защитой. Также может быть развита какая — либо общая мысль, приведён афоризм в форме цитаты.
Итак, давая оценку общественно — политического значения дела, защитник может быть солидарным с прокурором или разойтись с ним, выделить и подчеркнуть те или иные обстоятельства, которые по его мнению, наиболее ярко характеризуют общественно — политическую и морально — этическую сторону дела. Но во всех случаях защитник должен действовать на основании принципа справедливости и законности. Он не может в угоду своему подзащитному добиваться вынесения для него благоприятного решения путём умаления общественной опасности совершённого преступления или оправдания его.
Одним из часто встречающихся приёмов построения вступительной части защитительной речи является указание на специфические особенности рассматриваемого дела, его характерные черты. Эти особенности могут быть как фактического, так и юридического порядка и могут относиться к событию преступления, лицу, его совершившему, собранному по делу доказательственному материалу или ходу расследования преступления.
Возможным приёмом построения вступительной части защитительной речи также является изложение общих предпосылок для обоснования позиции, занятой защитой. Эти предпосылки могут быть теоретического, морально — психологического или чисто житейского характера. Опираясь на них, защитник развивает главный тезис, стержневую идею защиты.
Работа над вступлением — творческая работа; вступление обдумывается в период подготовки речи, однако нет никакой необходимости приготавливать его заранее. Лучше это сделать после того, как план речи уже будет готов. Подготовленным вступлением можно и не воспользоваться в суде, ибо оно должно соотноситься с обстановкой и особенностями аудитории, которые бывает иногда трудно предугадать. Во время судебного заседания возможно удастся найти более удачное вступление, чем то, которое было приготовлено, но обдумать вступление заранее необходимо. Ф.Н. Плевако так однажды начал свою речь: «Как это обыкновенно делают защитники, я по настоящему делу прочитал бумаги, беседовал с подсудимым и вызвал его на искреннюю исповедь души, прислушался к доказательствам и составил себе программу, заметки, о чём, как, что и зачем говорить перед вами. Думалось и догадывалось, о чём будет говорить прокурор, на что будет особенно ударять, где в нашем деле будет место горячему спору, — и свои мысли я держал про запас, чтобы на его слово был ответ, на его удар — отраженье. Но вот теперь, когда прокурор сделал своё дело, вижу я, что мне мои заметки надо бросить, программу изорвать. Я такого содержания речи не ожидал» [38, с.112].
Основная часть защитительной речи. В данной части решаются общие и конкретные цели выступления в суде, всесторонне раскрывается содержание речи; со своей точки зрения защитник освещает события, доказательства по делу, стараясь при этом убедить суд и слушателей в правильности избранной им позиции по делу. Основное содержание защитительной речи состоит в анализе фактических и юридических обстоятельств уголовного дела, в развёрнутой характеристике личности обвиняемого и мотивов его поведения. Отправляясь от исходной защитительной позиции, защитник систематизирует и под углом зрения защиты оценивает собранные на судебном следствии данные, представляет суду свои соображения о доказанности или недоказанности предъявленного обвинения, его квалификации и мере наказания. В зависимости от конкретных обстоятельств дела защитник может опровергать либо всё обвинение в целом, либо его часть, обосновывать необходимость иной правовой оценки содеянного или отстаивать меньшую степень вины и ответственности обвиняемого. Подчинение приводимых доводов и аргументов определённой идее образует тематическую направленность речи, а та мысль, тот тезис, который отстаивается защитником, составляет тему речи. В защитительной речи может развиваться одновременно одна или несколько тем. В последнем случае одна из них всегда является главной, стержневой. Все остальные подчинены этой главной теме, дополняют её, носят вспомогательный характер. Выбор тематической направленности речи, определение круга вопросов, затрагиваемых в ней, не могут быть произвольными. Они зависят от содержания дела, полноты и качества собранного по нему доказательственного материала, отношения к обвинению обвиняемого и защитника. Мастерство защитительной речи, её влияние на формирование внутреннего судейского убеждения заключается не в применении каких — либо искусственных ораторских приёмов, а в скрупулёзном, детальном анализе собранных по делу доказательств, в исчерпывающей характеристике личности обвиняемого, в правильной юридической оценке фактов, являющихся предметом судебного разбирательства.
По каждому уголовному делу, рассматриваемому судом, необходимо прежде всего выяснить, имело ли место деяние, в совершении которого обвиняется лицо, достаточно ли это подтверждено материалами дела. Если в результате судебного следствия будут установлены данные, ставящие под сомнение или полностью опровергающие наличие события преступления, это обстоятельство должно служить главным мотивом защитительной речи. В случаях, когда наличие самого деяния представляется бесспорным, усилия защитника сосредоточиваются на анализе признаков состава преступления. Опираясь на имеющиеся в деле данные, защитник доказывает отсутствие в действиях обвиняемого установленных законом элементов состава преступления или обосновывает необходимость переквалификации обвинения на статью Уголовного кодекса, предусматривающую более мягкое наказание. Для обоснования своих соображений о квалификации инкриминируемого лицу обвинения защитнику нередко приходится прибегать к сравнительному юридическому анализу, к сопоставлению смежных составов, предусмотренных различными статьями Уголовного кодекса. Это даёт возможность чётко обрисовать границы каждого состава преступления, исключить судебную ошибку при квалификации обвинения.
По делам, где основным предметом спора между обвинением и защитой является доказанность виновности обвиняемого, главный упор в защитительной речи делается на разбор доказательств с целью показать непричастность обвиняемого к совершённому преступлению либо отсутствие в его действии (бездействии) состава преступления. Любое доказательство, как логический приём, складывается из трёх взаимосвязанных элементов: тезиса, доводов (аргументов) и способа доказательства (демонстрации) [18, с. 62]. Доказательства необходимо чётко распределить: одни подтверждают или опровергают событие преступления, другие — конкретный состав преступления, третьи — отдельные эпизоды обвинения, четвёртые -характеристику обвиняемого и потерпевшего. Порядок анализа доказательств зависит от занятой позиции по делу. Более правильно группировать доказательства в речи применительно к предмету доказывания по фактическим данным и источникам доказательств.
При размещении доказательств в речи принимается во внимание следующее обстоятельство. Как установили психологи, лучше воспринимается и запоминается та информация, о которой говорится в начале или в конце последовательно излагаемых событий или фактов. Замечено также следующее: если аудитории известен предмет речи и она глубоко заинтересована в излагаемых проблемах, то более предпочтительно идти от менее важных к более важным аргументам. Этим создаётся ощущение динамики в речи. В защитительной речи самые сильные доказательства следует приводить в последнюю очередь.
Преступление и лицо, его совершившее, неотделимы. В любом преступлении, представляющем собой конкретный волевой акт противоправного поведения, отчётливо проявляются индивидуально -психологические и социальные черты личности. Преступление как бы впитывает в себя то отрицательное, что есть в человеке. В свою очередь наличие преступления, его характер и направленность зависят от сложившихся у лица антиобщественных взглядов и привычек, которые лицо как бы «вкладывает» в преступление, и тех целей, к которым оно стремиться. Вот почему правильное разрешение уголовного дела, определение наиболее целесообразных форм и средств правового воздействия на виновного невозможно без глубокого и всестороннего изучения личности обвиняемого, выяснения всего комплекса социально значимых внутренних и внешних его свойств и качеств: характера, воли, интеллекта, потребностей, способностей, темперамента, наклонностей.
Прав Я.С. Киселёв, отмечающий, что, не поняв обвиняемого, не установив его подлинных мотивов, не раскрыв природы, характера и глубины связей между всей жизненной линией обвиняемого и вменяемым ему преступлением, нельзя отыскать истины по делу, сделать по нему обоснованных и убедительных выводов, дифференцировать ответственность [22, с.25 — 26]. Суд интересует не только преступление и причастность к нему определённого лица, но и те причины, которые вызвали его совершение, те объективные и субъективные факторы, которые побудили человека нарушить закон, вступить в конфликт с ним, преступить грань дозволенного. Задача защитника — проанализировать все эти моменты под углом зрения защиты, раскрыть психологический механизм совершённого, показать, насколько отразились в преступном деянии стабильные нравственно — психологические и социальные черты личности обвиняемого, в какой мере они характеризуют его жизненную ориентацию, его интересы и стремления.
Обстоятельное освещение в защитительной речи личностных качеств обвиняемого, его морально — психологического склада и иных индивидуальных свойств, а также содержания его действий и конкретной ситуации, в которой они имели место, исключительно важно для определения степени общественной опасности обвиняемого, индивидуализации его ответственности, прогнозирования его исправления и решения других вопросов по делу. Только дав правильную оценку личности обвиняемого, объяснив мотивацию его поступков, раскрыв круг его интересов и стремлений, показав сложный процесс взаимодействия внешних факторов и внутренних компонентов психики, обусловившей конкретное поведение, защитник может высказать обоснованные суждения о виновности или невиновности обвиняемого и о степени его общественной опасности, если сам факт преступления и причастность к нему обвиняемого находятся вне спора между обвинением и защитой.
Исследование в суде мотивов преступления позволяет разобраться в тех побуждениях, которыми руководствовался обвиняемый, выявить его субъективное отношение к совершённым действиям и их последствиям, определить форму его вины. Мотив преступления — категория не статичная, а динамичная. Поэтому установление мотива преступления предполагает установление всего процесса мотивации лицом своих действий, всего психологического механизма правонарушения, начиная от зарождения преступного намерения до его реализации. В этот комплекс входят: конкретный повод возникновения мотива, борьба между разными мотивами, принятие решения, выбор средств для достижения преступного результата, возможные изменения в мотиве в ходе подготовки и осуществления преступления, а также поведения лица после его совершения. Неустановление любого из этих моментов — показатель неполноты исследования дела, а стало быть, и неполноты психологической характеристики личности обвиняемого.
Выступая в судебных прениях, осуществляя свои защитительные функции, опытные адвокаты прибегают к методу психологического анализа, используя его как инструмент, позволяющий проникнуть в затаённые глубины человеческой души, распутать сложные сплетения жизненных обстоятельств, воссоздать целостную картину совершенного преступления, определить место и роль его участников. Это даёт возможность найти ключ к объяснению происшедшего, раскрыть подлинные мотивы, толкнувшие виновного на противоправные действия, выяснить источник этих мотивов. С точки зрения защиты важно не только раскрыть подлинные мотивы преступления, показать психологический механизм его совершения, но и обосновать отсутствие у обвиняемого таких мотивов, доказать, что у него не было причин к совершению преступления, что его поведение не могло привести к преступным результатам.
Существует несколько методов изложения главной части защитительной речи. Так, при изложении основной части речи применяются дедуктивный и индуктивный методы, метод аналогии. Кроме этого, используются: концентрический метод (когда содержание речи строится вокруг главного вывода по делу); ступенчатый метод рассчитан на последовательное изложение позиции (защитник как бы подводит судебную аудиторию к своему главному методу); исторический (хронологический), то есть события преступления излагаются в той последовательности, в которой они совершались; пространственный метод позволяет защитнику все факты и события преступления передать наглядно, в их динамике [18, с. 63-64]. В защитительной речи можно применять несколько методов одновременно. При выборе метода в первую очередь учитывается цель речи. Хорош тот метод, который позволит убедить суд и других слушателей в правильности выводов судебного оратора. Практика показывает, что адвокаты чаще всего при изложении срединной части своих выступлений применяют хронологический метод, хотя с точки зрения стратегии защиты по некоторым речам более целесообразным является применение концентрического и ступенчатого методов.
На основании анализа фактических и юридических обстоятельств уголовного дела, развёрнутой характеристики личности обвиняемого и мотивов его поведения, защитник, прежде чем приступить к заключительной части защитительной речи, может сформулировать несколько выводов как, например, защитник М.И. Хвесеня в своей речи в защиту Г.М. Вайднера: «Подводя итог всему сказанному, хочу сделать два вывода. Первый -подсудимый Вайднер умышленное убийство не совершал. Вывод второй -обвиняемый Вайднер допустил нарушение Правил дорожного движения, повлёкшие смерть. «[51, с. 10].
Заключительная часть защитительной речи. В заключительной части речи защитник поводит итоги проделанной им работы по анализу фактических и юридических обстоятельств дела, формулирует свои окончательные выводы, определяет своё отношение к подлежащим решению суда вопросам. В этой части речи защитник обращается к суду с просьбой об оправдании обвиняемого, либо о назначении ему минимального срока наказания, предусмотренного соответствующей статьёй Уголовного кодекса. Заключительная часть защитительной речи должна быть краткой, чёткой, образной; должна выражать главную идею защиты, её основную мысль. В ней следует избегать повторений, возвращения к тому, что было уже сказано ранее. Вместе с тем заключительная часть речи должна быть органически связана с остальными частями речи, непосредственно вытекать из них, суммировать главные доводы, изложенные ранее.
Необходимо отметить, что в заключительной части речи защитник может снова охарактеризовать своего подзащитного, тем самым, обратить внимание суда на положительные черты обвиняемого. Например: «Приступая к заключительной части речи — о наказании, считаю необходимым напомнить суду, что В. на протяжении более двадцати лет честно трудился в родном колхозе. За хорошую работу он неоднократно награждался почётными грамотами, ценными подарками и денежными премиями» [51, с. 11].
«Конец речи должен закруглять её, то есть связать с началом», — писал А.Ф. Кони [24, с. 10] Заканчивать речь надо также решительно, как и начинать. Затягивание речи нежелательно. Некоторые адвокаты по нескольку раз предупреждают о своём намерении закончить речь, да так и не могут остановиться. Такое поведение снижает не только престиж защитника, но и само его выступление. Однако недопустимо и комкать речь, обрывать её на полуслове. Подобно вступлению заключение разрабатывается заранее, однако звучать должно естественно, без ложного пафоса. Как и вступление, оно может быть изменено в ходе судебного заседания. Приёмы в заключении могут быть самыми различными: от простого, спокойного изложения до самого патетического.

Вас может заинтересовать ::  Предоставление Места В Саду Для Работников Гос Учреждений

Говори кратко, уходи быстро, или Блог о том, как выступать в суде (часть первая)

Примером красноречия по-российски может служить не громкое, но показательное дело агрофирмы «Бунятино». Она оказалась в числе тех, кому в 1990-е годы выделялись средства, полученные Россией от Всемирного банка в виде займа на реформы в сельском хозяйстве. За получение и возврат $240 млн Всемирного банка отвечал Минфин, а субзаймы агрофирмам распределял Минсельхоз. Позже Минфин стал через суд взыскивать с агрофирм долги, и стало понятно, что до конечных получателей средства доходили не всегда. Самым сложным оказалось как раз дело подмосковного «Бунятино»: дело ходило по кругу, и вышестоящая инстанция требовала установить, сколько денег компания все-таки получила.

Судья арбитражного суда Москвы долго расспрашивала представителей Минфина, в какой валюте выделялись деньги. «В пулах», — прозвучал ответ. Надрывное обсуждение того, как считать пулы, длилось несколько часов. Все это время в углу кабинета судьи тихо сидела девушка и увлеченно играла на мобильнике. В какой-то момент судья, изнемогая от пулов, посмотрела на девушку как на спасательный круг: «У нас же третье лицо есть, Минсельхоз! Давайте послушаем!». Девушка с готовностью встала и заявила: «Мы поддерживаем!»

Прения сторон в арбитражном процессе образец

Если же Вы выбираете себе защитника в суде и перед тем, как сделать выбор изучаете практику адвоката и его квалификацию, то изучение речей адвоката наилучшим образом познакомит Вас с будущим поверенным и его отношением к своей профессиональной деятельности.

  1. рассмотреть ходатайства сторон спора;
  2. определить достаточность представленных доказательств, довести до сведения сторон, какие доказательства имеются в деле;
  3. вынести на рассмотрение вопросы, разрешаемые при подготовке дела к судебному разбирательству;
  4. совершить предусмотренные Кодексом иные процессуальные действия.
Adblock
detector