Если Преступление Совершается До Вступления В Законную Силу Новой Поправки В Статье То Будут Судить По Старой

Здравствуйте по общему правилу, сформулированному в ч. 1 ст. 9 УК РФ, должен применяться тот уголовный закон, который действовал во время совершения преступления. Это означает, уголовный закон обратной силы не имеет, т.е. не распространяется на преступления, совершенные до вступления данного закона в силу. По новому закону можно квалифицировать только те преступления, которые были совершены после вступления в силу этого закона.

Ответ. Желание подсудимого добровольно пройти курс лечения от наркомании может быть выражено как письменно, так и устно (в этом случае такое ходатайство отражается в протоколе судебного заседания) на любой стадии процесса до удаления суда в совещательную комнату.

Ответ. Необходимо применение совокупности правил смягчения наказания, первое из которых связано с материально-правовой льготой, а второе — с процессуальной (формой судопроизводства). Части 1 и 5 ст. 62 УК РФ не являются взаимоисключающими, в них речь идет о самостоятельных основаниях, которые могут применяться независимо друг от друга (в отличие от ч. 2 ст. 62 УК РФ, которая выступает специальной нормой по отношению к ч. 1 ст. 62 УК РФ).

Действующим законодательством не установлены препятствия подать на исполнение в службу судебных приставов исполнительный документ, вынесенный на основании судебного акта, в котором будут устанавливаться требования, отличающиеся от требований, содержащихся в действующем в период времени предполагаемого исполнения законе. И, конечно, нам нельзя исключить ситуацию, при которой на исполнение приставу-исполнителю поступит исполнительный лист о тех обязанностях должника (ответчика), которые уже можно не исполнять в силу изменения законодательства, или даже о тех обязанностях, которые являются прямо противоречащими измененному законодательству.

Нет ничего вечного. По крайней мере, существование законов в нашей стране красноречиво говорит об этом. Иногда по понятым причинам, иногда по непонятным причинам законы изменяются или совсем отменяются с удивительной быстротой. Законы, в том числе те, которые меняются или вообще отменяются, являются правым материалом, на основании которых выносятся судебные решения.

В частности, согласно ч. 3 ст. 396 УПК РФ и п. 13 ст. 397 УПК РФ вопрос об освобождении от наказания или о смягчении наказания вследствие издания уголовного закона, имеющего обратную силу, в соответствии со статьей 10 УК РФ разрешаются судом по месту нахождения учреждения, исполняющего наказание, в котором осужденный отбывает наказание в соответствии со статьей 81 УИК РФ.

В соответствии со статьей 10 УК РФ уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость. Уголовный закон, устанавливающий преступность деяния, усиливающий наказание или иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет. Если новый уголовный закон смягчает наказание за деяние, которое отбывается лицом, то это наказание подлежит сокращению в пределах, предусмотренных новым уголовным законом.

Генеральная прокуратураРоссийской Федерации

Приговором районного суда от 25.01.2011, вступившим в законную силу 12.04.2011, К. осуждена за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 129 Уголовного кодекса РФ, ей назначено наказание в виде штрафа в размере 80 000 руб. На основании ст. 78 УК РФ К. освобождена от наказания в связи с истечением срока давности.

Определением Верховного Суда РФ от 26.10.2012 решение районного суда, апелляционное определение городского суда отменены. По делу принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований К. о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на службе отказано.

Обратное действие закона об уголовной ответственности во времени

  • отбывших наказание, но имеющих судимость (часть 1 статьи 88 «Правовые последствия судимости» УК Украины)
  • отбывающих наказание;
  • которым вынесен приговор, не вступивший в законную силу, или хотя и вступил в законную силу, но не обращен к исполнению;
  • по которым открыто уголовное производство, которое находится на стадии досудебного расследования (в том числе производства, производства по которой остановлено)
  • освобожденных от отбывания наказания с испытанием (статьи 75 «Освобождение от отбывания наказания с испытанием», статьи 79 «Освобождение от отбывания наказания с испытанием беременных женщин и женщин, имеющих детей в возрасте до семи лет», 104 «Освобождение от отбывания наказания с испытанием» УК Украины) в течение испытательного срока;
  • уголовное производство которых рассматривается в суде, независимо от инстанции;
  • совершивших преступления, о которых еще не известно правоохранительным органам или уголовное производстве по которым еще не возбуждено, если со дня его совершения до вступления в силу нового закона не закончились сроки давности (Сатти 49 «Освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности» УК Украины).

Часть 2 ст. 4 «Действие закона об уголовной ответственности во времени» УК Украины устанавливает общее правило в силу закона об уголовной ответственности во времени: «преступность и наказуемость деяния определяются законом, действовавшим во время его совершения». Исключение из этого правила — применение закона, который вступил в силу после совершения преступления (обратное действие закона об уголовной ответственности во времени), предусмотренный ст. 5 «Обратное действие закона об уголовной ответственности во времени» УК Украины. Применение к действию закона, который в момент его совершения уже потерял силу, не допускается ни в коем случае.

Не раз уже говорил и хочу повторить: в такую работу нужно энергичнее включать благотворительные и другие общественные организации. У многих из них уже есть успешный опыт профилактики наркомании, а также помощи в социальной реабилитации наркозависимых. И эти практики нужно, конечно, шире распространять.

Третье. Мы уже не раз отмечали, что наркомания – это беда, тяжёлая, трудноизлечимая болезнь. И быстро, что называется, в одночасье, с наскоку её не одолеть. Поэтому важно совершенствовать систему оказания медицинской помощи наркозависимым, продолжать оснащать медицинские наркологические организации современным оборудованием, укреплять их кадровый потенциал, внедрять передовые методики, позволяющие выявлять недуг на ранних стадиях, когда помощь своевременна и наиболее эффективна.

Верховный Суд разъяснил применение норм ГПК, АПК, КАС в связи с процессуальной реформой

В свою очередь адвокат АП г. Москвы Алина Емельянова полагает, что разъяснения Пленума, безусловно, необходимы, поскольку позволят судам избежать многих вопросов применения обновленных норм процессуального законодательства. Однако, по ее мнению, некоторые из них не лишены недостатков.

По мнению Алины Емельяновой, данное разъяснение может вызвать определенные сложности на практике. «Правила ч. 1 ст. 103.1 ГПК РФ подразумевают, что вышеуказанное заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня вступления в законную силу последнего судебного акта, принятием которого закончилось рассмотрение дела. В отношении судебных расходов по делам, оконченным после вступления в силу Федерального закона № 451-ФЗ, все относительно ясно. Но как быть в том случае, если со дня принятия судебного акта, которым было окончено рассмотрение дела, и к моменту вступления в силу Закона № 451-ФЗ срок в три месяца истек, а сторона с заявлением о судебных расходах не обращалась? Означает ли это, что сторона теряет право на обращение с таким заявлением? Ведь при буквальном толковании разъяснения ВС РФ выходит, что для реализации такого права после вступления в силу нового закона во всяком случае необходимо соблюдение правил ч. 1 ст. 103.1 ГПК РФ о неистечении трехмесячного срока с даты принятия судебного акта», – отметила адвокат.

Может ли журналист писать о судебных процессах до вступления приговора в законную силу? Ответ Министерства юстиции на запрос БАЖ комментирует юрист, заместитель председателя БАЖ Андрей Бастунец

«Министерство юстиции подтвердило, что изданная им инструкция не предусматривает дополнительных ограничений деятельности СМИ, а направлена на регламентацию деятельности судей в их взаимоотношении с журналистами. Это — главное.
Вместе с тем, обращает на себя внимание замечание заместителя министра И.Г.Тушинского о неправомерности «опубликования фактов в отношении лиц по приговорам судов, не вступившим в законную силу». Формулировка оставляет широкий простор для толкований. Из дальнейшего текста ответа можно сделать вывод, что Минюст считает неправомерным сообщение сведений о вынесенных судебных решениях с указанием фамилий и должностей обвиняемых. Обосновывается это ссылкой на ст.26 Конституции, согласно которой «никто не может быть признан виновным в преступлении, если его вина не будет в предусмотренном законом порядке доказана и установлена вступившим в законную силу приговором суда».
На мой взгляд, данная статья Конституции к деятельности СМИ отношения не имеет. Она расположена среди конституционных норм, гарантирующих права лиц, привлекаемых к ответственности (связанных с заключением под стражу, лишением свободы, даче показаний против самого себя и близких) и определяет один из главнейших принципов, которым должны руководствоваться органы уголовного преследования — принцип презумпции невиновности.
Замечу, что такой подход признан и в Российской Федерации. Так, 24 апреля 1997 г. Судебная палата по информационным спорам при Президенте РФ рассмотрела заявление адвоката В.А.Харченкова в связи с публикациями в СМИ материалов о расследовании одного из уголовных дел. Адвокат, в частности, указал в заявлении, что публикация в прессе материалов следствия до суда «нарушает презумпцию невиновности и конституционное право граждан на защиту». Судебная палата по информационным спорам в своем решении №12 (123) также сослалась на Конституцию (ст. 49 Конституции РФ сходна по содержанию со ст.26 Конституции Республики Беларусь), в соответствии с которой «каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда». Однако выводы, которые сделала Судебная палата, были прямо противоположны выводам белорусского Минюста: «Таким образом, газетные публикации, различные мнения, высказываемые в сообщениях СМИ, в силу данной конституционной нормы не могут повлиять на право человека считаться невиновным, пока его виновность не будет доказана и установлена в соответствии с требованиями Конституции. Кроме того, по мнению Судебной палаты, указанные публикации не умаляют право на защиту, которое может реализовано, в частности, путем представления в СМИ иных точек зрения».
Показательна предпосылка такого вывода: «освещая ход предварительного следствия по данному уголовному делу (в равной степени это относится и к судебному следствию, и к его результатам — А.Б.), журналисты и редакции… , с одной стороны, реализуют конституционную норму о свободе массовой информации, а с другой — выполняют профессиональный долг, информируя читателей об обстоятельствах, имеющих значительный общественный интерес».
Нигде в белорусском законодательстве не содержится запрета для СМИ сообщать информацию о деятельности судов и вынесенных ими приговорах (исключение составляет информация, оглашенная в закрытых судебных заседаниях, сведения, засекреченные с целью защиты свидетелей и т.п.).
Другое дело, что журналист должен очень взвешенно подходить к подготовке материалов по судебной тематике. До вступления приговоров в законную силу следует избегать утверждений о виновности тех либо иных лиц, говорить как о доказанных фактах о совершении ими преступных действий и т.д. В противном случае при отмене обвинительного приговора фигуранты дела и публикаций получат возможность обратиться с иском о защите чести, достоинства и деловой репутации (такое уже бывало). Если же в статье будет содержаться лишь информация о ходе судебного процесса, позициях обвинения и защиты, вынесенном приговоре (с указанием, что он не вступил в законную силу), неприятностей можно избежать», — считает А. Бастунец.

Вас может заинтересовать ::  Когда Будет Доплата К Пенсии Чернобыльцам В 2021г

За декабрь 2021 года пособие по-прежнему выплачивает работодатель на карту «Мир». А за периоды после 1 января 2021 года страхователь направляет по специальной форме в отделение ФСС заявление и документы, необходимые для начисления и выплаты пособия. Причем делает он это только один раз. Такой логике нужно будет следовать регионам, которые присоединятся к пилотному проекту ФСС по прямым выплатам с 2021 года, в их числе Москва и Санкт-Петербург.

Непосредственно из Конституции Российской Федерации не вытекает обязанность федерального законодателя закреплять в уголовном законе положения, предусматривающие возможность замены пожизненного лишения свободы более мягким видом наказания. Если в результате преступления никто не пострадал, виновнику грозит штраф до 300 000 рублей либо взыскание в размере заработной платы или иного дохода за год. Иные варианты наказания: принудительные работы до 1 года, лишение свободы до года.

Предусматривается, что лица, не воспользовавшиеся правом на обжалование в кассационном порядке приговора или иного итогового судебного решения, вступившего в законную силу в период с 1 октября 2019 года и до дня введения в действие федерального закона, вправе обжаловать это судебное решение в кассационном порядке в течение двух месяцев с момента вступления в силу федерального закона.

Изменениями в ст. 401.3 УПК РФ устанавливается двухмесячный срок для обжалования в порядке сплошной кассации. Он будет течь со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения. А для осужденного, содержащегося под стражей, — со дня вручения ему копии такого судебного решения после его вступления в законную силу.

Если Преступление Совершается До Вступления В Законную Силу Новой Поправки В Статье То Будут Судить По Старой

Согласно ч. 1 ст. 9 УК общественно опасное деяние квалифицируется по статье уголовного закона, который действовал во время совершения деяния. В связи с этим требует уточнения вопрос, что понимают под временем совершения преступления. В соответствии с ч. 2 ст. 9 УК, таковым признается время совершения общественно опасного действия (бездействия) независимо от времени наступления последствий. В связи с указанной позицией законодателя время совершения преступлений как с материальным, так и с формальным составами совпадает, однако следует различать время совершения преступления и момент окончания преступления. Применительно к преступлениям с материальным составом временем совершения преступления является время совершения деяния, момент же окончания преступления связывается с наступлением последствий. В преступлениях с формальным составом время совершения и момент окончания преступления совпадают и связываются с окончанием осуществления деяния (действия или бездействия). Время совершения преступления с двумя обязательными действиями связывается с моментом совершения последнего из таких действий. Так, время совершения вымогательства связывается с моментом объективизации угрозы, а не только с предъявлением требования о получении имущества. Время совершения продолжаемого преступления определяется по моменту совершения последнего из ряда тождественных преступных актов, направленных к единой цели. Вместе с тем вопрос об определении времени совершения длящихся преступлений является дискуссионным. Так, по мнению Л.В. Иногамовой-Хегай, таковым признается момент начального действия (бездействия), которое выразилось в нарушении лежащей на лице правовой обязанности[260]. Думается, оно совпадает с моментом прекращения осуществления преступного деяния по воле или вопреки воле лица. Механизм определения времени совершения растянутого во времени преступления должен быть одинаковым для всех подобных преступлений: как для преступлений, состоящих из двух обязательных действий, так и для продолжаемых, и для длящихся преступлений. Объективная сторона таких преступлений «становится все более и более полной, причем прибавляющаяся часть не способна регулироваться старым, предыдущим законом, так как появилась уже при утрате им своей силы»[261].

В случаях, если закон усиливает наказание в одном из пределов санкции и смягчает в другом (например, снижен верхний предел и повышен нижний предел наказания), более мягкой следует считать статью, санкция которой предусматривает более низкий верхний предел наказания.

КВАЛИФИКАЦИЯ ПРИ ИЗМЕНЕНИИ УГОЛОВНОГО ЗАКОНА

Изменение норм Особенной части уголовного законодатель­ства свидетельствует об уточнении, изменении, пересмотре юриди­ческих оценок всех или некоторых видов деяний. Это естественный процесс, отражающий развитие общественных отношений и играю­щий в целом положительную роль в деле борьбы с преступностью. Например, уголовный кодекс РФ 1996 г. отразил те существенные перемены, которые произошли в нашей стране на рубеже 90-х годов как в экономике, так и в социальных и политических отношениях.
Изменение квалификации в связи с принятием новых уго­ловных законов — сложная теоретическая и практическая про­блема. Прежде всего возникает вопрос: нужно ли вообще менять квалификацию деяний, уже получивших определенную юридичес­кую оценку? Если же переквалификация необходима, то какими правилами следует при этом руководствоваться?
В уголовном праве существует принцип: применяется тот за­кон, который действовал во время совершения преступления. Од­нако согласно ст. 10 УК те нормы, которые либо вовсе устраняют наказуемость деяния, либо смягчают наказание по сравнению с ра­нее действовавшим законом, или иным образом улучшающие положение лица, совершившего преступление, имеют обратную силу. Значит, в тех случаях, когда за данное преступление новый закон предусматри­вает для обвиняемого более благоприятные правовые последствия, содеянное подлежит переквалификации на новый закон.
На каких стадиях уголовного процесса действует это прави­ло? Ответ однозначный – на всех, начиная с возбуждения дела и до вступле­ния приговора в законную силу, и даже до окончания отбытия наказания. Оно распространяется и на оцен­ку действий лица, за которые оно уже осуждено и отбывает нака­зание по старому закону. Если по новому закону ему была бы назначена более мягкая мера наказания, то и юридическая оценка его действий, выраженная в квалификации, также должна изме­ниться — ее необходимо привести в соответствие с новыми тре­бованиями уголовного законодательства. Например, осужденный наказан в максимальном пределе санкции, но в ходе отбытия им наказания закон изменили – верхний предел снизили, следовательно, суд меру наказания снизит до нового верхнего предела.
Уголовное правоотношение прекращается не с вынесением при­говора, а после полного отбытия наказания осужденным. Поэтому изменение государственной оценки того или иного преступления не может не касаться и тех лиц, которые в данное время отбывают наказание. Было бы несправедливостью не только содержать в мес­тах лишения свободы тех, чьи деяния в настоящее время признаны ненаказуемыми или наказуемыми более мягко, но и оставлять прежнюю оценку преступлений со всеми вытекающими отсюда последствиями, если она изменилась по новому закону. Поэтому в связи с введением в действие нового закона, смягчающего ответ­ственность, надо соответственно изменять как меры наказания, так и квалификацию действий лиц, отбывающих наказание.
Д. был осужден в феврале 1997 г. за совершение валютных операций к лишению свободы. Верховный суд отменил этот при­говор и прекратил дело производством, указав, что УК РФ 1996 года “устранена уголовная ответственность за незаконные сделки с иностранной валютой” и в этой части новый УК имеет обратную силу.
Поскольку введением в действие УК РФ устранена уголовная ответственность за угрозу уничтожением имущества путем поджога (осужденный принес в чужой дом 50-литровую канистру с бензином и угрожал поджогом), кассационная инстанция отменила приговор в части осуждения по ст. 207 УК РСФСР 1960 г. и прекратила дело производством за отсутствием состава преступления.
В прежнем законодательстве не было правила об обязатель­ном распространении нового более мягкого закона на лиц, отбы­вающих наказание. Теперь ч. 2 ст. 10 УК прямо говорит о том, что “если новый закон смягчает наказание за деяние, которое отбы­вается лицом, то это наказание подлежит сокращению в пределах, предусмотренных новым уголовным законом”.
А вот решение обратного порядка. При рассмотрении дела Л. прокурор в связи с вступлением в силу нового Уголовного ко­декса предложил применить к Л. условное осуждение на основа­нии ст. ст. 73 и 74 УК РФ 1996 г., а не статьи 44 УК РСФСР. Однако областной суд не согласился с этим, указав, что в новый УК применительно к условному осуждению включены требова­ния, ужесточающие порядок отбывания наказания и ухудшаю­щие положение осужденного. Судом была применена статья 44 УК РСФСР. Верховный суд РФ согласился с этим.
Естественно, что в тех случаях, когда наказание отбыто, вопрос о переквалификации содеянного возникать не может, так как уголовное правоотношение полностью прекратилось. Изменения в квалификацию могут быть внесены при этом лишь в случае пересмотра дела в порядке судебного надзора по вновь от­крывшимся обстоятельствам. Например, человек был осужден на основании ложных показаний свидетелей. Это обстоятельство вскрылось после отбытия им наказания. Данный вопрос можно рассмотреть в порядке надзора, по вновь возникшим обстоятельствам и вынести постановление, полностью реабилитирующее осужденного.
Каковы же юридические основания и порядок переквали­-
фикации в связи с изменением уголовного закона?
В этих случаях вопросы переквалификации всегда решаются с учетом санкции уголовно-правовой нормы. Казалось бы, это противоречит отмечавшемуся выше положению, что квалифика­ция преступлений ни в коей мере не может ставиться в зависи­мость от меры наказания.
В действительности здесь противоречия нет. Санкция и в данном случае не является решающим основанием. Она только ограничивает возможности для переквалификации, не допуская ухудшения положения обвиняемого по сравнению со старым за­коном. Действительным же основанием для переквалификации служит изменение состава того или иного преступления и (или) степени его общественной опасности.
Наиболее просто решаются вопросы переквалификации в тех случаях, когда признаки состава преступления остались прежними, а изменилась лишь степень общественной опасности деяния (что нашло отражение в снижении санкции соответствующей статьи или изменении других правовых последствий преступле­ния). Если новый закон считает преступление менее опасным, то деяние должно квалифицироваться по новому закону.
Однако здесь возникает вопрос о том, какую санкцию закона следует считать более мягкой: ту ли, где ниже максимум, или ту, где ниже минимум? Как расценить такую новую санкцию, которая суживает пределы судейского усмотрения: повышает минимум и понижает максимум? Какую роль играют изменения в дополни­тельных мерах наказания?
Следует отметить, что к общим правилам оценки сравнительной тяжести двух законов вновь принятый закон считается более мягким, если он:
-устанавливает менее тяжкий вид основного наказания;
-снижает низший или высший предел наказания, не изменяя соответственно другого предела;
-снижен верхний предел, но повышен низший. В этом случае у суда есть возможность определить наказание ниже низшего предела, а вот повысить его суд не имеет права;
-не меняя основного наказания, отказывается от одного или нескольких дополнительных наказаний;
-сохраняя основное и дополнительные наказания, вводит аль­тернативно менее строгие виды основного наказания, ранее не предусматривавшиеся;
-альтернативно вводит менее строгие виды основного наказания, одновременно повышая низший предел ранее предусмотрен­ного вида наказания.
Иногда, несмотря на принятие нового законодательства, ни, диспозиция, ни санкция не подвергаются изменениям. Так, областной суд, постановляя приговор в марте 1997 г., за преступление, совершенное в 1996 году, квалифицировал действия осужденных по п. “б” ч. 3 ст. 162 УК РФ (разбой в крупном размере). Верховный суд РФ указал, что применять надо было ч. 3 статьи 146 старого кодекса, поскольку санкции их одинаковы, а преступление, в силу ст. 9 УК РФ, должно квалифицироваться по закону] действовавшему во время его совершения.
Случаи “чистой” переквалификации со старого на новый закон только в связи с изменением санкции довольно редки. Как правило, при издании нового закона меняется, хотя бы и незначительно, диспозиция соответствующей нормы, а это существенно усложняет решение проблемы переквалификации.
Для того чтобы правильно решить вопрос о применении старого либо нового закона, необходимо сопоставить не только их санкции, но и диспозиции. При этом возможны четыре варианта соотношения старого и нового закона.
А) Старый и новый законы полностью совпадают по диспозиции, различаясь лишь в санкциях. Вопрос о квалификации решается, исходя из того, санкция какого закона мягче.
Б) Диспозиция нового закона имеет более узкий объем, чем старого. Иными словами, она не предусматривает некоторых раз­новидностей преступных действий, которые предусматривались прежним законом. Это связано либо с тем, что новый закон исключает некоторые альтернативные признаки со­става, либо, напротив, имеет более сложную конструкцию, чем ста­рый, и включает такие ограничения ответственности, которые в старом законе отсутствовали.
Очевидно, для квалификации в этом случае должен приме­няться новый закон, суживающий пределы ответственности. Санк­ция нового закона может при этом быть либо более мягкой, либо даже оставаться прежней.
При принятии УК 1996 года сужение диспозиции коснулось многих составов. Типичным примером может служить статья о хулиганстве. В редакции УК 1960 г. она предусматривала “умышленные действия, грубо нарушающие об­щественный порядок и выражающие явное неуважение к обще­ству” (ч. 1 ст. 206 УК РСФСР). Теперь определение хулиганства звучит так “хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия” (ч. 1 ст. 213 УК РФ). В резуль­тате включения этих дополнительных альтернативных призна­ков объем нормы сузился, она стала предусматривать меньший круг действий, признаваемых законом преступными.
Сужение диспозиции нормы при издании нового закона мо­жет быть неявным. Необходимо учитывать, например, что издание нового закона, диспозиция которого предусматривает деяния, ра­нее прямо не сформулированные в Уголовном кодексе, еще не свидетельствует о том, что уголовная ответственность за это дея­ние установлена впервые. Вполне возможно, что такое деяние ранее поглощалось какой-либо общей нормой и, следовательно, влекло уголовную ответственность, а новая норма лишь выделила этот более конкретный случай в самостоятельное преступление.
Так, например, по УК 1960 г. деяния, выразившиеся в убийстве в состоянии аффекта двух и более лиц, квалифицировались по ст. 105, которая не имела квалифицированного состава. В новом УК в его ст. 107 выделена часть вторая, предусматривающая ответственность за убийство в состоянии аффекта двух и более лиц. В данном случае налицо расширение оснований ответственности и, следовательно, применять новый УК к деянию, совершенном до его введения в действие, нельзя.
Ряд норм Уголовного кодекса РФ 1996 года лишь формаль­но можно считать новыми по сравнению с прежним законода­тельством. Например, многие действия, предусмотренные главой 26 (“Экологические преступления”), и раньше влекли уголовную ответственность, но по другим главам Уголовного кодекса.
В) Диспозиция нового закона шире, чем старого. Она преду­сматривает более обширный круг преступный деяний. Обычно это происходит либо за счет увеличения числа альтернативных признаков состава, либо за счет упрощения его конструкции, отказа от некоторых ограничений и введения обобщенных фор­мулировок.
В большинстве случаев такое расширение диспозиции сопро­вождается повышением санкции (или сохранением прежней сан­кции), вследствие чего новый закон не может иметь обратной силы. Так, например, ст. 213-2 УК РСФСР 1960 г. предусматривала от­ветственность за угон воздушного судна (санкция по части 1 — лишение свободы от 3 до 10 лет), Новая статья 211 УК РФ 1996 года расширяет диспозицию: “угон судна воздушного или водного транспорта либо железнодорожного подвижного соста­ва”, но понижает санкцию (по части 1 – лишение свободы от 4 до 8 лет). Следовательно, новая статья имеет обратную силу в части угона воздушного судна, поскольку понижает меру наказа­ния, но не имеет — при угоне судна водного транспорта или железнодорожного подвижного состава. Это новые альтернатив­ные признаки рассматриваемого преступления, раньше таких де­яний просто не было.
Из сказанного видно, что решение вопроса о том, какие нормы имеют обратную силу, зависит не только от того, с какой прежней статьей УК мы сравниваем новый закон, но и от того, примени­тельно к каким именно действиям преступника мы его анализи­руем.
Характерно положение, сложившееся с нормой об убийстве при отягчающих обстоятельствах. Статья 102 УК РСФСР 1960 года не содержала такого квалифицирующего признака, как убийство по мотиву религиозной ненависти (п. “л” части 2 ст. 105 У К 1996г.), но зато предусматривала повышенную ответственность за убийство любых лиц (не только родственни­ков), если оно совершено с целью воспрепятствовать законной деятельности должностного лица (п. “в” ст. 102 УК РСФСР 1960 г.). В каком соотношении находятся эти статьи?
Очевидно, что в зависимости от того, какие признаки этого преступления имелись в действиях виновного в момент совер­шения преступления, к нему может быть применен либо новый, либо старый закон. Здесь возможны три варианта касающиеся вынесенных приговоров:
1) виновный совершил в 1990 году убийство сослуживца долж­ностного лица с целью воспрепятствовать служебной деятельнос­ти этого лица. Так как новый кодекс не знает такого квалифици­рующего признака, преступление следует переквалифицировать на часть 1 ст. 105 УК 1996 года, санкция которой ниже, чем ст. 102 УК РСФСР 1960 года.
2) преступник убил в 1994 году священника по религиозным мотивам и был осужден по ст. 103 УК РСФСР 1960 года. Хотя новая статья 105 УК 1996 г. знает такое квалифицирующее обстоятельство, обратной силы она не имеет, так как санкция ее выше. Приговор остается без изменений.
3) виновный совершил в 1995 году убийство двух лиц и осуж­ден по п. “з” ст. 102 УК РСФСР 1960 г. к десяти годам лише­ния свободы. Переквалификации не требуется, так как диспози­ция статьи об убийстве в этой части не изменилась, а санкция стала выше.
Сложное соотношение новой и старой нормы может выра­зиться также в том, что одна ее часть имеет обратную силу, а дру­гая – не имеет.
Вопрос о том, имеет ли та или иная норма обратную силу или не имеет, необходимо ставить всегда конкретно: по сравне­нию с каким законом и применительно к какой разновидности преступлений, предусмотренных данной статьей (а иногда даже – применительно к какому из альтернативных признаков данного состава).
В качестве общего вывода можно сказать, что переква­лификация на новый закон допустима, если совершенное дея­ние предусмотрено как прежним, так и новым законом, при­чем новый закон дает возможность суду назначить более мяг­кое наказание и не ухудшает иных правовых последствий осуждения по сравнению с прежним законом.
В заключение остановимся на еще одном вопросе: о значе­нии так называемых промежуточных законов.
Возможны случаи, когда после совершения преступления был издан новый закон, смягчающий ответственность, но к моменту вынесения приговора этот закон заменен опять более строгим. В данном случае за­конных оснований для применения промежуточного закона не имеется, ибо он не действовал в момент совершения преступления и не действует при рассмотрении дела, совершенное преступление надлежит квалифицировать по первому или последнему закону, в зависимости от того, имеет ли последний закон обратную силу (по отношению к первому закону), но не по промежуточному закону. Нельзя ссылаться на закон, который не действует при вынесении приговора и не действовал при совершении преступления.

Вас может заинтересовать ::  Получить Реквизиты По Уин

Гипотеза нового закона оказывается уже предыдущего тогда, когда происходит частичное устранение преступности деяния. Так, в настоящее время в ст. 118 УК РФ установлена ответственность за причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности. Первоначально же в ней говорилось и о причинении средней тяжести вреда здоровью по неосторожности. Получается, законодатель устранил уголовную ответственность за подобное причинение вреда здоровью. Сейчас ст. 168 УК РФ предусматривает ответственность за уничтожение или повреждение чужого имущества в крупном размере, совершенные путем неосторожного обращения с огнем или иными источниками повышенной опасности. Ранее же в ней шла речь о любом уничтожении или повреждении чужого имущества в крупном размере, совершенном по неосторожности. Выходит, законодатель устранил уголовную ответственность за уничтожение или повреждение чужого имущества, не связанное с неосторожным обращением с источниками повышенной опасности.

Отсюда квалификация преступлений при изменении уголовного закона зависит от соотношения предыдущего и нового закона в час#* ти их гипотез и санкций. При этом возникает три варианта: старый и* новый закон различаются по а) гипотезам, б) санкциям, когда изме«г нения вносятся лишь в один из элементов закона, и в) гипотезам Ш санкциям, когда изменения вносятся в оба элемента закона. »

В законодательство внесены изменения, предусматривающие освобождение лица, впервые совершившего преступление небольшой или средней тяжести, от уголовной ответственности

Новая редакция статьи 116 Кодекса «Побои» устанавливает, что это деяние является преступным в случаях, если оно совершено из хулиганских побуждений либо по экстремистским мотивам, а также в результате так называемого семейного насилия. В остальных случаях нанесения побоев действует административная преюдиция. При этом уголовные дела о преступлениях, предусмотренных указанной статьёй, становятся делами частно-публичного обвинения.

Вас может заинтересовать ::  Мурманская Область Вступление В Брак 14

Изменения, внесённые Федеральным законом в статью 159 Кодекса, направлены на реализацию постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2014 года № 32-П, которым выявлены отдельные неконституционные аспекты регулирования уголовной ответственности за мошенничество в сфере предпринимательской деятельности.

Adblock
detector